7

Глава 7.

Наступила весна. Теплый май, после дня победы стояла тропическая жара, и скрывать пузо стало уже невозможно. Да я и не особо стеснялась. Штамп в паспорте был. Официально я была замужем. А все остальное больше никого не волновало, даже моих родителей.

Я проходила практику по анестезиологии в стоматологической поликлинике, как вдруг снизу примчалась заведующая с первой помощи.

– Татьяна, быстро иди вниз.

– Анн Васильна, что случилось?

– Ты у нас полиглот, а там финн пришел весь опухший и рот не открывает. Вот подумали, может ты объяснишь, да анестезию, какую дашь.

– Какая им анестезия, Анн Васильна, они ж не просыхают тут? Еще преставится, кто отвечать будет?

– Иди, иди, там, на месте разберешься.

Я спустилась вниз.

– Татьяна! ТА-тиана! – с акцентом произнес финн.

На стоматологическом кресле сидел Маури. Я его не сразу узнала. Одна щека распухла, и вид у него был явно перекошенный.

– Что с ним?

– Семерка периодонтитная воспалилась, удалять надо. А он ничего не понимает. Сможешь объяснить?

– Попробую.

– Meidän pitäisi poistaa tämä hammas! (нам нужно удалить этот зуб).

Маури пытался не бояться, но я видела, как он трясётся.

– Анатолий, ну-ка достань-ка из загашника бутылку коньяка. Или, у тебя есть водка?

– Все есть. Больные сумками таскают, а ты ж знаешь, что я не пью.

Я повернулась к Маури:

– Vodka tai konjakki?

Он удивленно уставился на меня.

– Что пить будешь, – уточнила я по-фински, – коньяк или водку?

– Ihan sama (без разницы, все равно).

– Он говорит, что ему по барабану, – перевела я.

– Чтоооо, – вытаращился на меня хирург Толик, – по какому барабану?

– Ну, это такое выражение. Что все равно, что нальете, – мужчины еще не поняли, куда я клоню.

– Давай коньяк. Только получше, помягче, где звезд побольше.

Анатолий достал ключи и из огромного шкафа с надписью «наркотические средства» выудил бутылку коньяка.

– Такой пойдет?

– Давай! Все пойдет!

Маури с удивлением смотрел на меня.

– Тань-я, mitä se on? (Что это?).

– Маури, это анестезия!

– Че раззявился, – повернулась я к Толику, – стакан давай. Да открой бутылку!

Я налила в граненый стакан армянского коньяка большой выдержки.

– На, пей, давай!

Маури с удивлением уставился на меня.

– Ты доктор?!

– Доктор, доктор! Это первичная анестезия! Давай пей! И прибавила по-русски: пей до дна! Пей до дна!

Он выпил залпом стакан коньяка.

Через десять минут заметно повеселел, и ему удалось сделать анестезию и удалить больной зуб.

Он блаженно улыбался.

– Какая потрясающая стоматология в России! Какие замечательные врачи.

– Татьяна, что теперь-то с ним делать? Надо в гостиницу отвезти. Да приглядеть за ним, чтобы не преставился от кровотечения.

– Толян, я прослежу! Все сделаю в лучшем виде.

– Маури, ты, где живешь?

– «Репино». Мотель «Репино».

Я присвистнула. Ого. Далековато.

– Ладно, я тебя отвезу.

Мы вышли на Невский. Легко поймали такси.

Мотель «Репино» стоял рядом с моей дачей. Родители еще были в городе, и я привезла его в наш дом.

Солнце. Берег моря. Пляж. Теплый песок.

... Мы падали во тьму и вновь взлетали к звездам...