3.

Глава 3.

Мы с отцом вернулись домой молча, ни сказав, ни слова друг другу. Но при входе в прихожей нас ждал сюрприз. Большая коробка, полная всякой всячины: колготки пар двадцать, духи и дезодоранты, конфеты, печенье – все Made in Finland и конверт с письмом и 500 с лишним рублей денег мелкими купюрами.

«Дорогая, Таня! Я видел, что произошло, но не успел добежать, как милицейский Уазик тебя увез. Я ничем не смог тебе помочь. Наша группа просит тебя не грустить, я собрал у туристов всякие мелочи, оставшиеся сувениры и русские деньги. Мы не сможем провести их через границу, а тебе они могут пригодиться. Запомни, для нас это – пустяки. Это мелочи, которые тебя ни к чему не обязывают. С уважением Матти Котисало».

Отец был в бешенстве:

– Что это?

Мать растерялась:

– Я не знаю. С балкона смотрела, как финский автобус разворачивается в нашем дворе. Из него выходит белобрысый финский парень с коробкой, и поднимается к нам. Просил передать Татьяне.

– Ты представляешь, ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

– Пап, это сувениры из Финляндии. Тут же написано.

– Мне за такие деньги приходится месяц работать, а ты...

Тут вмешалась мама:

– Отстань от нее, вон, глазища какие!

– Ты совсем не смотришь за ребенком, вон, распустила – из милиции пришлось забирать!

– Ну, она уже и не ребенок, ей 20 лет! А что это ты на меня орешь! Взял бы сам бы и воспитывал, а то только и делаешь, как по бабам шляешься, дома не ночуешь! То и дело твои ... звонят!

Глядя, что мое воспитание на этом закончено и родители занялись воспитанием друг друга, я зацепила свой подарок-коробку в свою комнату, закрылись на задвижку, чтобы не слышать их перепалку. В этот момент я была самой счастливой и самой богатой на свете.

Но счастье мое длилось не долго. В дверь начали стучаться. Наконец-то родители успокоилась, схватившись, кто за корвалол, кто за валидол и, в конце концов, пришли к обоюдному мнению, что меня нужно выдать замуж. Сессия была уже на носу, а за ней и зимние каникулы и матушка наказала отцу купить мне путевку в какой–нибудь санаторий в пригородах Ленинграда, чтобы я нашла себе там «хорошего жениха». Что мне теперь запрещено шляться по гостиницам «Интурист», приходить домой после 21, и вааще поступило еще много новых НЕЛЬЗЯ И НЕЛЬЗЯ!

Я была уставшая, запуганная и безумно хотела спать. Я была согласна на все.

Но, как говорит мой учитель, хотите заставить человека что-либо сделать – запретите ему это. (Текст Литвака про запреты) В запрет родителей входило пить и курить.