- Ух ты, какой у тебя вид из окна!, - ахнула Маринка, заходя в номер.
- Всю жизнь мечтала приехать в Питер и пожить в Астории,- спасибо Олегу, он оплатил.
- Стоит, наверное, немеренно?...
Татьяна кивнула несколько раз подряд.
- Стоит.
- Какой шикарный вид на Исаакиевский собор! Умереть не встать! Можно я окно открою? - и не дожидаясь ответа подруги, встала и распахнула окно, - Ух ты!
Стоял жаркий июльский день, солнце парило так будто собиралось наконец то высушить город, после затяжной дождливой и холодной весны, нудных дождей, холодных ветров, поднимающих воду на Неве, все время пытающуюся затопить город, и наконец то, остановленную дамбой.
Солнце золотило купола собора, отражалось в них, и посылала веселые зайчики в раскрытое окно номера.
- Маринка, я голая, вон туристы с крыши Исаакия в номер таращатся.
Маринка засмеялась.
- Пусть таращатся. У нас еще есть что показать. Ух ты! Какая у тебя фигура. Танька, обалдеть, как ты выглядишь!
Татьяна сняла полотенце и переодевалась в итальянское белье.
- Олег подарил, - сказала она, вертясь перед зеркалом и любуясь собой, - Любовь - чудеса делает. Двигатель прогресса. Я 16 килограмм сбросила, собираюсь стать "Латентной Проституткой". Смотри что купила! В Германии. Олег там в универмаге открыл мне неограниченный кредит, попросил, чтобы меня одели, перед этой поездкой... Маринка, закрой окно, вон там объективы блестят у туристов, нас заодно щелкнут, "полуголые бабы в окне "Астории"!
Маринка засмеялась
- Как это "Латентной проституткой"?
- А так, надоело работать, хочу пожить за счет мужика, чтобы ничего не делать, а только и тратить чужие денюжки.
Маринка засмеялась еще громче. - Ты то? Ты не сможешь!
- Да кто тебе такое сказал? Смогу! Запросто. Мне работать надоело так, что аж тошнит. А тебе?
- Знаешь, раньше то да, все пилишь, пилишь, терапевтическая стоматология - это в основном дырки-пломбы. Знаешь, как нас коллеги зовут?
Татьяна вопросительно улыбнулась
- Дырочники!
- Класс!
- ... а теперь когда защитила докторскую, то новое рабочее место... Совсем другое дело, а ты не хочешь защищаться?
- Мне деньги нужно зарабатывать... - она помолчала, говорить было трудно, - ... Мика был моим самым неудачным капиталовложением...
- Что работы совсем нет?
- Нет. Он от дяди уволился, я думала учиться пойдет, моя докторская из за этого встала. В семье не может быть двое студентов.
- Ну и что теперь?
- А ничего. Мне все надоело. Надоело быть паровозом, всех содержать, кормить, одевать... Хочу пожить за чужой счет и стать "Латентной Проституткой" - Татьяна опять громко и отчетливо повторила последние два слова.
- Не позновато? Полтинник мы то с тобой уже разменяли. Мужики уже тетенек помоложе себе ищут...
- Мне в самый раз! Я и к Литваку по этому вопросу съездила, он, вообще-то, уже не берет любовную тягомотину, надоела она ему, но поскольку я тетенька обеспеченная, то мы с ним на 10 процентов договорились... Ты не представляешь, какой Кайф тратить чужие деньги. Мне Олег уже несколько раз переводил по несколько тысяч на счет, когда я в Париже была, и Лондоне, с подписью "Подбери себе что нибудь "приличное"... Ах, так это такой кайф! Когда ходишь по магазину и задумываться не надо, хочешь то, хочешь это, все покупаешь...
- Как будто ты и раньше не могла себе этого позволить...
- Могла, но свои деньги, нашим потом и кровью заработанные жалко тратить, потом, никогда не знаешь, что с короедами может случиться.
- Татьян, давай не будем сидеть в номере, покажи мне Асторию.
- Ой, это замечательно! Я тут маленькая, еще с Бабушкой была. Пойдем, я тоже хочу посмотреть как она изменилась после ремонта.
И они отправились бродить по гостинице.
- Вот тут мне больше всего нравится, - Татьяна притащила Маринку на последний этаж, под самую крышу. Тут спортзал и бассейн сделали - совершенно потрясающее место. Огромный бассейн, по гостиничным меркам. Сауна - так себе, с моей конечно ж не сравнишь, она сухая и градусов шестьдесят всего, не для финнов...
- А тебе сколько надо?
- я свою под 100 топлю
- ого
- а в этой лежишь, не то потеешь, не то приливами обливаешься. Не в Кайф , короче!
Они походили по двум этажам Фитнесс отделения.
- Но вид то из окон какой!
- Ааа, я знаю, ты архитектуру любишь! Я то в центре Питера, как бабушка говорила, в самом каменном мешке родилась, так мне это так.. Никак... Я природу северную люблю, когда бежишь одна по лесу, представляя себя, что ты северный олень..
Освещенный жарким июльским солнцем, внутренний дворик Астории казался просто замечательным, необычная артитекткра, оригинально решение построения зданий, заворожили взгляд Марины.
- Слава богу, Петр - умный мужик был, велел все питерские здания красить в теплые тона, так эта традиция и сохранилась. Вот такой тепло-кремовый цвет придает необыкновенное очарование...
- Ты о ком?
- О Петре первом. Ладно пошли дальше смотреть
Они вышли и стали спускаться по широкой мраморной леснице, застеленной большим красным пушистым ковром. Татьяна придирчиво озиралась по сторонам, а Марина просто наслаждалась обстановкой и видами вокруг.
- Да уж, от старой Астории ничего и не осталось...
- Слушай, а у нас говорили, что рабочие ремонтирующие ее, каждый получил в "подарок" за молчание, убранство одного из номеров, а все остальное, скульптуры, картины олигархи растащили по своим виллам.
- Правильно сделали! Это только в Рашке все пытаются в музей пристоить, знаешь какие огромные кладовые в Эрмитаже? Ну и что? Лежит там это барахло ни кому не нужное, а так хоть человекам радость будет. Друзьям покажут, хотя я где-то читала, что посуду Ленфильму подарили, и что много хороших фильмов сняли, Шерлок Холмс, например, откушиват из посуды Астории... Сплетни, кто правду то знает, она многогранна.
- Слушай, ты стала говорить, наверное, так же как Олег...
- Я изменила точку зрения. В Финляндии все более приличное в личной собственности. Или в собственности муниципалитета. Приезжай я тебя свожу в "наш дворец", так он обычно на ключе. Открывают лишь для великих торжеств.
- Тань смотри, посуда!
В укромном уголке был сделан уголок "старинной Астории", пара исторических диванчиков и стеклянный стеллаж со старинной посудой.
- И это все?
- Похоже на то, но зато вот отсуда, со второго этажа открывается великолепный вид на фойе Астории с ее полным великолепием, старинными люстрами, огромными стекленными стенами, открывавшими незабываемый вид на Исаакиевскую площадь и собор...
- Тань, а Англетер?
- Англетер, это соседнее здание. Хочешь можем по улице пройти или переходом, как хочешь?
Они вышли на улицу и пошли, Татьяна рассматривала машины.
- Смотри какие тачки!
- Я не понимаю в них ничего...
- А представляешь, Олег каждой своей телке, машину, квартиру...
- Не представляю, я одна своих детей поднимаю.
- Я тоже. Пожить бы вот так, сесть на шею кому-нибудь, свесить ножки...
- Так не бывает! За все надо платить.
- Фу как ты прозаична. В жизни есть место чудесам.
- Пойдем поклонимся Сергею Есенину, там на углу есть доска, он тут умер...
Татьяна помолчала, а потом прочитала.
- Не откроют нам причин потери ни петля, ни ножик перочинный. Может, окажись чернила в "Англетере", вены резать не было б причины...
- Что это?
- Маяковский "Сергею Еменину". Хотя его нашли подвешенном на трубу парового отопления, но есть версия, что убит был он раньше, трудно сказать, но то что он уйдет, он знал, - и Татьяна прочитала.
- До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.
До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей, —
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.
Вот там цветы продаются, я хочу цветочек поставить к его доске
- знаешь, если честно, я "Англетер" больше люблю, Астория уж слишком шикарна для меня, хотя они практически не отличаются, в Астории за название платишь, а так ничего особенного... Я пойду цветов куплю, положу к доске Сергея Есенина.
Татьяна перебежала через дорогу, у собора стояли бабки с букетами.
Марина еле еле поспевала за ней.
- Ну ты здорова, мать, бегать.
- А я бегаю по десять километров каждое утро, чтобы форму не потерять.
- Татьяна, тут дорого, просто безумно.
- Татьяна даже не спрашивала, схватила букет и пихнула бабке тысячу рублей.
- Столько хватит?
Бабка радостно закивала.
- Ты что с ума сошла, я за такие деньги несколько дней работаю.
- Да, а сколько это в еурах? Я то к русским деньгам все еще привыкнуть не могу, у меня меньше и нету, - она расскрыла кошелек, он был полный, огромная толстая пачка тысяча рублевых и пятитысяча рублевых купюр.
- Быстро спрячь и не расскрывай так, это очень много.
- Мне Олег пихнул, "на булавки", сказал.
- Хорошо что не "туалетную бумагу", а то можно было бы подумать, что ты "засранка". И они обе заржали.
Татьяна подошла к доске,- Красиво, как будто бы молния разорвала ее посередине, - и перекрестилась.
- Туда мне недопрыгнуть, подними меня.
- Постой, головки у роз надо поломать.
- Зачем?
- Иначе стырят.
- Стырят?
- Ну возьмут с собой...
- Но это же Есенину...
Но присев на корточки стало чуть надламывать у цветов головки
"поняла, слава богу"
- Марин, подними меня.
Марина, присела и подняла подругу за бедра.
- Танька, да ты, действительно, ничего не весишь. Как тебе это удалось.
- Ну я же говорю, любовь - двигатель прогресса. Мне захотелось произвести на Олега впечатление, я на Диете Дюкана сидела.
- Расскажешь?
- Рассказывать нечего. Возьми книжку, прочитай... Да ладно, не хмурься, расскажу.
В это время у Татьяны зазвонил телефон.
- Да, да, я с Мариной у "Англетера"... Занимаюсь возложением венка памяти Сергея Есенина...хорошо, хорошо.
Татьяна разъединилась и сильно помрачнела.
- Он сказал: "Отправляй подружку"
- Ну как же так? Мы с тобой еще в "Манеж", на выставку камня собирались, - но у Марины возникло такое ощущение, что Татьяна сейчас расплачется.
- Марин, тебе нужно идти, Олег так сказал, он ждет мена перед "Асторией", и даже не дожидаясь ответа подруги, чмокнула ее в щечку, - я тебе позвоню, пока! - быстро повернула за угл и побежала по направлению к "Астории".
- Всю жизнь мечтала приехать в Питер и пожить в Астории,- спасибо Олегу, он оплатил.
- Стоит, наверное, немеренно?...
Татьяна кивнула несколько раз подряд.
- Стоит.
- Какой шикарный вид на Исаакиевский собор! Умереть не встать! Можно я окно открою? - и не дожидаясь ответа подруги, встала и распахнула окно, - Ух ты!
Стоял жаркий июльский день, солнце парило так будто собиралось наконец то высушить город, после затяжной дождливой и холодной весны, нудных дождей, холодных ветров, поднимающих воду на Неве, все время пытающуюся затопить город, и наконец то, остановленную дамбой.
Солнце золотило купола собора, отражалось в них, и посылала веселые зайчики в раскрытое окно номера.
- Маринка, я голая, вон туристы с крыши Исаакия в номер таращатся.
Маринка засмеялась.
- Пусть таращатся. У нас еще есть что показать. Ух ты! Какая у тебя фигура. Танька, обалдеть, как ты выглядишь!
Татьяна сняла полотенце и переодевалась в итальянское белье.
- Олег подарил, - сказала она, вертясь перед зеркалом и любуясь собой, - Любовь - чудеса делает. Двигатель прогресса. Я 16 килограмм сбросила, собираюсь стать "Латентной Проституткой". Смотри что купила! В Германии. Олег там в универмаге открыл мне неограниченный кредит, попросил, чтобы меня одели, перед этой поездкой... Маринка, закрой окно, вон там объективы блестят у туристов, нас заодно щелкнут, "полуголые бабы в окне "Астории"!
Маринка засмеялась
- Как это "Латентной проституткой"?
- А так, надоело работать, хочу пожить за счет мужика, чтобы ничего не делать, а только и тратить чужие денюжки.
Маринка засмеялась еще громче. - Ты то? Ты не сможешь!
- Да кто тебе такое сказал? Смогу! Запросто. Мне работать надоело так, что аж тошнит. А тебе?
- Знаешь, раньше то да, все пилишь, пилишь, терапевтическая стоматология - это в основном дырки-пломбы. Знаешь, как нас коллеги зовут?
Татьяна вопросительно улыбнулась
- Дырочники!
- Класс!
- ... а теперь когда защитила докторскую, то новое рабочее место... Совсем другое дело, а ты не хочешь защищаться?
- Мне деньги нужно зарабатывать... - она помолчала, говорить было трудно, - ... Мика был моим самым неудачным капиталовложением...
- Что работы совсем нет?
- Нет. Он от дяди уволился, я думала учиться пойдет, моя докторская из за этого встала. В семье не может быть двое студентов.
- Ну и что теперь?
- А ничего. Мне все надоело. Надоело быть паровозом, всех содержать, кормить, одевать... Хочу пожить за чужой счет и стать "Латентной Проституткой" - Татьяна опять громко и отчетливо повторила последние два слова.
- Не позновато? Полтинник мы то с тобой уже разменяли. Мужики уже тетенек помоложе себе ищут...
- Мне в самый раз! Я и к Литваку по этому вопросу съездила, он, вообще-то, уже не берет любовную тягомотину, надоела она ему, но поскольку я тетенька обеспеченная, то мы с ним на 10 процентов договорились... Ты не представляешь, какой Кайф тратить чужие деньги. Мне Олег уже несколько раз переводил по несколько тысяч на счет, когда я в Париже была, и Лондоне, с подписью "Подбери себе что нибудь "приличное"... Ах, так это такой кайф! Когда ходишь по магазину и задумываться не надо, хочешь то, хочешь это, все покупаешь...
- Как будто ты и раньше не могла себе этого позволить...
- Могла, но свои деньги, нашим потом и кровью заработанные жалко тратить, потом, никогда не знаешь, что с короедами может случиться.
- Татьян, давай не будем сидеть в номере, покажи мне Асторию.
- Ой, это замечательно! Я тут маленькая, еще с Бабушкой была. Пойдем, я тоже хочу посмотреть как она изменилась после ремонта.
И они отправились бродить по гостинице.
- Вот тут мне больше всего нравится, - Татьяна притащила Маринку на последний этаж, под самую крышу. Тут спортзал и бассейн сделали - совершенно потрясающее место. Огромный бассейн, по гостиничным меркам. Сауна - так себе, с моей конечно ж не сравнишь, она сухая и градусов шестьдесят всего, не для финнов...
- А тебе сколько надо?
- я свою под 100 топлю
- ого
- а в этой лежишь, не то потеешь, не то приливами обливаешься. Не в Кайф , короче!
Они походили по двум этажам Фитнесс отделения.
- Но вид то из окон какой!
- Ааа, я знаю, ты архитектуру любишь! Я то в центре Питера, как бабушка говорила, в самом каменном мешке родилась, так мне это так.. Никак... Я природу северную люблю, когда бежишь одна по лесу, представляя себя, что ты северный олень..
Освещенный жарким июльским солнцем, внутренний дворик Астории казался просто замечательным, необычная артитекткра, оригинально решение построения зданий, заворожили взгляд Марины.
- Слава богу, Петр - умный мужик был, велел все питерские здания красить в теплые тона, так эта традиция и сохранилась. Вот такой тепло-кремовый цвет придает необыкновенное очарование...
- Ты о ком?
- О Петре первом. Ладно пошли дальше смотреть
Они вышли и стали спускаться по широкой мраморной леснице, застеленной большим красным пушистым ковром. Татьяна придирчиво озиралась по сторонам, а Марина просто наслаждалась обстановкой и видами вокруг.
- Да уж, от старой Астории ничего и не осталось...
- Слушай, а у нас говорили, что рабочие ремонтирующие ее, каждый получил в "подарок" за молчание, убранство одного из номеров, а все остальное, скульптуры, картины олигархи растащили по своим виллам.
- Правильно сделали! Это только в Рашке все пытаются в музей пристоить, знаешь какие огромные кладовые в Эрмитаже? Ну и что? Лежит там это барахло ни кому не нужное, а так хоть человекам радость будет. Друзьям покажут, хотя я где-то читала, что посуду Ленфильму подарили, и что много хороших фильмов сняли, Шерлок Холмс, например, откушиват из посуды Астории... Сплетни, кто правду то знает, она многогранна.
- Слушай, ты стала говорить, наверное, так же как Олег...
- Я изменила точку зрения. В Финляндии все более приличное в личной собственности. Или в собственности муниципалитета. Приезжай я тебя свожу в "наш дворец", так он обычно на ключе. Открывают лишь для великих торжеств.
- Тань смотри, посуда!
В укромном уголке был сделан уголок "старинной Астории", пара исторических диванчиков и стеклянный стеллаж со старинной посудой.
- И это все?
- Похоже на то, но зато вот отсуда, со второго этажа открывается великолепный вид на фойе Астории с ее полным великолепием, старинными люстрами, огромными стекленными стенами, открывавшими незабываемый вид на Исаакиевскую площадь и собор...
- Тань, а Англетер?
- Англетер, это соседнее здание. Хочешь можем по улице пройти или переходом, как хочешь?
Они вышли на улицу и пошли, Татьяна рассматривала машины.
- Смотри какие тачки!
- Я не понимаю в них ничего...
- А представляешь, Олег каждой своей телке, машину, квартиру...
- Не представляю, я одна своих детей поднимаю.
- Я тоже. Пожить бы вот так, сесть на шею кому-нибудь, свесить ножки...
- Так не бывает! За все надо платить.
- Фу как ты прозаична. В жизни есть место чудесам.
- Пойдем поклонимся Сергею Есенину, там на углу есть доска, он тут умер...
Татьяна помолчала, а потом прочитала.
- Не откроют нам причин потери ни петля, ни ножик перочинный. Может, окажись чернила в "Англетере", вены резать не было б причины...
- Что это?
- Маяковский "Сергею Еменину". Хотя его нашли подвешенном на трубу парового отопления, но есть версия, что убит был он раньше, трудно сказать, но то что он уйдет, он знал, - и Татьяна прочитала.
- До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.
До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей, —
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.
Вот там цветы продаются, я хочу цветочек поставить к его доске
- знаешь, если честно, я "Англетер" больше люблю, Астория уж слишком шикарна для меня, хотя они практически не отличаются, в Астории за название платишь, а так ничего особенного... Я пойду цветов куплю, положу к доске Сергея Есенина.
Татьяна перебежала через дорогу, у собора стояли бабки с букетами.
Марина еле еле поспевала за ней.
- Ну ты здорова, мать, бегать.
- А я бегаю по десять километров каждое утро, чтобы форму не потерять.
- Татьяна, тут дорого, просто безумно.
- Татьяна даже не спрашивала, схватила букет и пихнула бабке тысячу рублей.
- Столько хватит?
Бабка радостно закивала.
- Ты что с ума сошла, я за такие деньги несколько дней работаю.
- Да, а сколько это в еурах? Я то к русским деньгам все еще привыкнуть не могу, у меня меньше и нету, - она расскрыла кошелек, он был полный, огромная толстая пачка тысяча рублевых и пятитысяча рублевых купюр.
- Быстро спрячь и не расскрывай так, это очень много.
- Мне Олег пихнул, "на булавки", сказал.
- Хорошо что не "туалетную бумагу", а то можно было бы подумать, что ты "засранка". И они обе заржали.
Татьяна подошла к доске,- Красиво, как будто бы молния разорвала ее посередине, - и перекрестилась.
- Туда мне недопрыгнуть, подними меня.
- Постой, головки у роз надо поломать.
- Зачем?
- Иначе стырят.
- Стырят?
- Ну возьмут с собой...
- Но это же Есенину...
Но присев на корточки стало чуть надламывать у цветов головки
"поняла, слава богу"
- Марин, подними меня.
Марина, присела и подняла подругу за бедра.
- Танька, да ты, действительно, ничего не весишь. Как тебе это удалось.
- Ну я же говорю, любовь - двигатель прогресса. Мне захотелось произвести на Олега впечатление, я на Диете Дюкана сидела.
- Расскажешь?
- Рассказывать нечего. Возьми книжку, прочитай... Да ладно, не хмурься, расскажу.
В это время у Татьяны зазвонил телефон.
- Да, да, я с Мариной у "Англетера"... Занимаюсь возложением венка памяти Сергея Есенина...хорошо, хорошо.
Татьяна разъединилась и сильно помрачнела.
- Он сказал: "Отправляй подружку"
- Ну как же так? Мы с тобой еще в "Манеж", на выставку камня собирались, - но у Марины возникло такое ощущение, что Татьяна сейчас расплачется.
- Марин, тебе нужно идти, Олег так сказал, он ждет мена перед "Асторией", и даже не дожидаясь ответа подруги, чмокнула ее в щечку, - я тебе позвоню, пока! - быстро повернула за угл и побежала по направлению к "Астории".
Комментариев нет:
Отправить комментарий